из кабинки, нервы то не железные. Обмотались большими мягкими полотенцами, сменки то у нас нет, Лане была до этого ни к чему, а про свою я не подумала. Взяв пациентку под руку повела не спеша на кухню. Ноги у неё медленно передвигались, вспоминая моторику, так мы добрались до кухни, где дочке помог сесть на стул отец. Дальше мы кушали, вернее они, а я просто ела и ела. Шесть больших пицц моментально оказались в моем животике, дальше под пораженными глазами хозяев я с головой залезла в большой холодильник. Всё до чего могли дотянуться руки бралось и тащилось на стол, я же просила Глота позаботится о еде.
— Оля успокойся, сейчас доставят суши с десяток пицц и дюжину шашлыков. Извини, но я не знал что нужно заказать побольше, — говорил хозяин, пытаясь отобрать здоровую замороженную рыбину.
Сёмгу пришлось отдать, а вот колбасу нет. Впрочем заказ прибыл вовремя и я наелась. Живот из под полотенца выглядел как у беременной на последнем девятом месяце, причем собирающейся рожать не меньше чем тройню. На меня обеспокоенно смотрели оба, даже хотели вызвать врача, но я отказалась. Радушный хозяин проводил в гостевую спальню, где я сразу вырубилась как убитая.
На кухне сидела семья Кречетовых, дочь и отец. Сам глава семьи о чём то думал, одновременно щупая ожившие ноги.
— Пап, больно же. Ты мне синяки так поставишь. Скажи кто эта Ольга? Как ты её нашёл? И как она смогла поставить меня на ноги? — спросила Лана.
Отец наконец пришел в себя, всё ещё неверяще посмотрел на совершенно здоровую дочь, которая сидя у стола болтала ногами, пыталась руками оторвать кусок пиццы. В начале получалось плохо, руки были как чужие, но уже через час — полтора действовали почти идеально. Ещё раз потрогал ноги и правую руку дочери.
— Как она это смогла не знаю. Пришла сегодня по делу, мы с ней обо всём уже договорились, и вдруг она предлагает тебя вылечить. Я вначале не поверил, но в нашем положении хватаешься за любую соломинку, да и смысла ей врать не было, там большие деньги на кону стояли, теперь их нужно вернуть, да с процентами, я же не сволочь последняя. Чувствую что Ольга нам ещё не раз поможет, она для нас теперь как член семьи, из такой пропасти вытянула. И ещё Лана, про мотоцикл даже не заикайся, теперь только на машине будешь ездить. Договорились?
— Пап, ты меня за блондинку не держи, хотя Оля блонди натуральная, тогда можно, держи. Накаталась, хватит на всю оставшуюся жизнь. Теперь только на авто, которое пусть будет побольше. И ты не ответил кто она, зачем к тебе приходила.
— Известно зачем. От тебя у меня последнее время секретов нет, киллер она. Притом киллер экстра класса. Посмотришь на такую, прослезишься от умиления, а я глаза её видел, такие только у матерых убийц бывают. Непонятно когда она успела так заматереть, но если нас признает за своих, вернее человека не найти.
После этого оба надолго задумались, а в соседней комнате, на огромной кровати спала раскинув руки натуральная блондинка, с ярко синими глазами, которые так напугали Романа Григорьевича Кречетова.
Проснувшись к обеду, сладко потянулась, в животе заурчало, нужно покушать. Как вчера сюда пришла помню с трудом, вроде и не пила, а в памяти провал. На кресле рядом с кроватью лежала моя одежда, причем нижнее постирано, я оказывается спала голая. Только собралась встать, как открылась дверь и вошла Лана. Видно было, что ходит она пока неумело, вроде минера на минном поле, но ничего, через пару дней бегать начнет.
— Оля, я тебе тут домашнее принесла, одевайся и пошли обедать. После прошвырнемся по магазинам, у меня всё старое, вернее трехгодичной давности, мода же поменялась кардинально. Уже не думала что снова пойду на шопинг, у меня из обновок только памперсы были, остальное ни к чему, — и она разревелась.
Пришлось успокаивать, прижимать и гладить, шептать разные глупости. Постепенно Лана пришла в себя и заулыбалась.
— Меня ещё ни разу не прижимала к себе абсолютно голая девушка, да ещё и такая красивая. Давай одевайся и пошли. Папа просил передать что твои документы будут готовы через неделю, раньше никак. Оля, я очень тебя прошу пожить у нас это время, хорошо? Ещё вот пара банковских карт, на одной сто тысяч евро, а на второй десять миллионов рублей, это тоже от папы. Сейчас устроим чёс по магазинам, поменяем весь гардероб, — жизнерадостно сказала Лана.
Ну наконец успокоилась. Одеться действительно надо, голая же вся, только выпускать её из рук не хочется, такая хорошенькая, так бы и засадила по самые…, эх жалко что в моем положении нечем. Тяжело вздохнув быстро накинула принесенный халат и в душевую, кушать действительно очень хотелось.
— Оль, я смотрю на тебя и офигеваю, ты вчера с таким пузом ушла спать, еле из-за стола вылезла, папа встать помогал, а сегодня ты снова худенькая. Вот у меня море друзей, а такого чуда как ты нет.
— Это каких друзей? — немного ревниво переспросила я.
— Так в сети. У меня больше двух тысяч! — гордо ответила подруга.
— Это не друзья! Если не веришь, то давай проверим. Напиши всем, что появилось чудо лекарство, которое поставит тебя на ноги, только стоит оно очень дорого. Попроси друзей помочь собрать определенную сумму, пусть будет с десяток миллионов, а там посмотрим, — предложила я.
Вообщем из почти двух с половиной тысяч помогли лишь четверо, остальные мимо. Многие тут же вышли из друзей, остальные отписались своим бедственным финансовым положением. Вот и друзья называются, на телефон и интернет есть, а помочь нет, даже хотя бы копейкой. Подругу пришлось успокаивать по новой, розовые очки спали и разбились о суровую реальность мира.
— Лана, у тебя остались четверо верных друзей, а это поверь немало, и наконец появилась я, такая вся красивая, добрая и любящая. Цени! А теперь пошли по магазинам, мне как и тебе нужен приличный гардероб, у меня из сменки только запасные трусики с носовым платком в сумочке, — с этими словами подхватила под руку подругу.
Папа Ланы всё понял вчера правильно, подтверждение тому две банковские карты на очень немалые суммы. Сегодня затарюсь по полной, мне в моем мире всё сгодится, от затычек до норковой шубки. Мой основной стиль, это унисекс, ну и на всякий случай кое что на выход.
Протаскались до самого вечера, обошли наверное не один десяток магазинов и модных
